Из открытой двери валил дым, и радист А. А. Максимов выламывал топором доски пола,

— Подождите ломать! — предупредил я Максимова.— Вероятно, горит впереди, над выхлопной трубой, а сюда только выбивает дым.

Действительно, загорелась плита над выхлопной трубой левого борта с наветренной стороны. ш

— Но так ехать в дальний маршрут нельзя. Если вовремя не заметить'огонь, при сильном ветре балок не затушить. Два тягача возвращаются в Мирный,— сказал я.— Остальной состав поезда остается на ночевку у мясного склада.

Строители в Мирном высверлили часть бруса над выхлопными трубами на обеих машинах и забили это пространство асбестом. Вторично выехали из Мирного уже без проводов, в жестокую пургу.

При полном отсутствии видимости, только по компасу, не теряя друг друга из виду, пошли дальше. Стемнело. На длинных шестах над тягачами зажглись красные лампы. Даже в сильную метель их далеко видно, так как основная масса снега под влиянием ветра движется в нижнем слое. При свете фар оказались хорошо видны и следы впереди идущих машин.

По всем признакам мы приближались к 54-му километру, где был склад горючего. И чтобы не пропустить его, решили переночевать на одной из возвышенностей, где дул ураганной силы ветер, но почти не было поземки, так как рыхлый снег здесь сдуло. Тракторы завели за балки и оставили их работать на малых оборотах, а тягачи выключили, так как у них есть котлы подогрева и их сравнительно легко заводить при низких температурах.

За стенками гудел и неистовствовал ветер, а мы спокойно сидели в теплом балке и слушали концерт из Москвы.